Пекинский ребенок из пробирки, или Знакомьтесь с гением Чжао Боуэном

Его называли гением еще 7 лет назад — когда Чжао Боуэну только исполнилось 17, он «взломал ДНК огурца». Теперь Чжао интересуют люди.

Чжао Боуэн широкими шагами идет по пекинскому офису компании QuantiHealth (так называется биотехнологический стартап), действие происходит в один прекрасный день в конце июня. Он одет в незаправленную, с короткими рукавами рубашку и коричневые кожаные сандалии. Чжао, генеральный директор компании, показывает в сторону картин на стене – это карикатуры, которые иллюстрируют происхождение кишечных бактерий. Именно их изучением занимаются в QuantiHealth. Бизнес, которому всего в год, использует геномику, чтобы выявить эти микробы и, вероятно, раскрыть секреты того, как они помогают регулировать здоровье человека.

Офис QuantiHealth. Источник: www.christina-larson.com

Офис QuantiHealth. Источник: www.christina-larson.com

Воздух в офисе, в который QuantiHealth въехал месяц назад, пахнет новой мебелью и… потом. Чжао говорит, что работает около 14 часов каждый день, контролируя группу исследователей, ведя переговоры с потенциальными инвесторами, подбирая кадры, анализируя бюджеты, и в свободное время, читая книги об управлении.
Но не тяжелая работа изматывает его. Скорее, он устал говорить о своем возрасте: Чжао всего 23. Международные медиа окрестили его «мальчик гений» и «вундеркинд». Чжао жалуется:

«Когда вы управляете компанией, какой к черту возраст. Если вам 18 или 80, на рынке – все равно. Это на самом деле не имеет значения».

Нравится это Чжао или нет, однако, в многоэтажном доме научной системы Китая возраст имеет значение. Трудовой стаж был, пожалуй, самым важным фактором для продвижения и профессионального успеха в течение последних 50 лет. Чжао бросает вызов системе: в 2009 году он бросил школу. Шесть лет спустя, после работы в новаторских научно-исследовательских проектах по изучению генома, он руководит собственной компанией.

Его называют революционером китайской науки. Источник: linkburger.com

Его называют революционером китайской науки. Источник: linkburger.com

Чжао стремится перестроить традиционную для Китая культуру труда, еще он надеется, что его компания может изменить отношение государства к медицине. Как следует из названия, QuantiHealth (Количество здоровья) заинтересована в нахождении четких мер, которые делают людей здоровыми или нездоровыми. Например, слишком много или слишком мало определенных видов кишечных бактерий. Потом эти знания применяются в реальной жизни.

«Вы просто не можете заниматься йогой, тай-чи и китайской медициной», — говорит Чжао, -«Пытаясь вылечить то, что вы на самом деле не понимаете».

Китайская наука переживает не самые легкие времена. Источник: www.worldcrunch.com

Китайская наука переживает не самые легкие времена. Источник: www.worldcrunch.com

Видение и амбиции Чжао впечатляют. И, кажется, он взрослеет в нужное время.
Несмотря на такие громкие успехи, как пилотируемый космический полет и строительство самого быстрого суперкомпьютера в мире, научный сектор Китая в течение последних двух десятилетий был скомпрометирован многочисленными фактами мошенничества и воровства. А еще — существующим тормозом в виде приоритетов, установленных чиновниками в Пекине и требованиями строгой иерархической системы. Проблемы начали всплывать совсем недавно, но как-то одновременно. В 2013 году Коммунистическая партия Китая начала антикоррупционную кампанию и понеслась. Десятки выдающихся ученых, академиков, и чиновников попались на краже государственных средств, а международные расследования выявили сотни примеров использования мошеннических данных и плагиат в научных журналах.

Чжао в 17-летнем возрасте. Источник: nationalvanguard.org

Чжао в 17-летнем возрасте. Источник: nationalvanguard.org

В результате в китайской науке появляется новое пространство. В него-то и перемещаются ученые, ведущие частные или получастные исследования. Там успех определяется в большей мере реальными заслугами, а не государственным одобрением. Это напоминает в некоторой степени идеализм Силиконовой долины и отражает энергию технологических стартапов, которые меняют то, как китайцы ведут бизнес, развлекаются и взаимодействуют, в том числе с остальным миром. Например, WeChat, созданный частным интернет-гигантом Tencent, сегодня имеет более 100 миллионов пользователей за пределами Китая, а в 2014 году за компанию Alibaba предлагали $ 21,8 млрд. На Нью-Йоркской фондовой бирже, это было крупнейшее публичное предложение в истории. Эти компании не только процветают, они также вдохновляют других китайских предпринимателей и инвесторов вкладывать свою энергию и деньги не только в китайский фондовый рынок или недвижимость.

Молодые ученые выходят из-под влияния старой школы. Источник: www.wantchinatimes.com

Молодые ученые выходят из-под влияния старой школы. Источник: www.wantchinatimes.com

Новые потоки капитала помогают создать новые возможности для ученых, чтобы те могли опробовать свои идеи. Над твоей головой больше не довлеет государственная машина научно-исследовательских институтов со своими целями и приоритетами. Медленно, но уверено, молодые ученые Китая находят способы, чтобы доказать, что старым методам работы есть альтернатива.
Если новаторы, как Чжао, будут успешны, их пример может привлечь иностранные таланты в Китай – и сохранить собственные таланты у себя дома, сдерживая то, что даже коммунистический рупор «Жэньминь жибао» в 2013 году назвал «худшей утечкой мозгов в мире.» (По данным Департамента энергетики США, 85% китайских людей, которые защитили свои научные или технические докторские диссертации в Соединенных Штатах в 2006 году, в 2011 году находились по-прежнему в США).
Чжао знает о препятствиях на своем пути и готов преодолевать их.

«Вполне возможно, что мы проиграем», — говорит он, — «Но попробовать стоит».

В библиотеке лаборатории QuantiHealth. Источник: foreignpolicy.com

В библиотеке лаборатории QuantiHealth. Источник: foreignpolicy.com

Чжао имеет большой опыт работы с армией государственных научных организаций по всему Китаю. Под эгидой CAAS (Китайская Академия Сельскохозяйственных Наук) насчитывается 42 научно-исследовательских института, высшая школа и издательство. И это только малая часть государственной поддержки науки: Китайская академия наук (КАН) значительно больше, она осуществляет контроль за более чем 100 институтами, двумя университетами и насчитывает 60000 сотрудников.
Эта экосистема в течение десятилетий щедро финансировалась правительством для того, чтобы помочь Китаю конкурировать на глобальном уровне. В марте 1978 года на национальной конференции в Пекине, лидер Дэн Сяопин отметил науку как ключ к будущему росту и процветанию Китая:

«Без современной науки и техники невозможно построить современное сельское хозяйство, современную индустрию или современную национальную оборону», — сказал он.

На протяжении многих лет появлялись все более амбициозные планы правительства по мобилизации средств и установления национальных приоритетов научных исследований. В январе 2006 года председатель КНР Ху Цзиньтао представил средне-долгосрочный план (MLP) – документ, который отображал 15-летнюю стратегию страны в области науки и техники. В соответствии с предложением, к 2020 году расходы на исследования и развитие (R & D расходы) Китая должны вырасти до 2,5 процента ВВП и 60 процентов экономического развития страны должны исходить от научных и технологических достижений. К 2012 году R & D расходы приблизились к ожиданиям, достигнув $ 163 млрд, или 1,98 процента от ВВП.
Соединенные Штаты по-прежнему лидируют в расходах на науку — $ 454 млрд. в 2012 году. Но Китай идет вторым в списке и, в соответствии с докладом 2014 года от Организации экономического сотрудничества и развития, он может превзойти Соединенные Штаты в расходах на научные исследования уже в начале 2019 года.

Китай тратит все больше денег на науку. Источник: www.hku.hk

Китай тратит все больше денег на науку. Источник: www.hku.hk

Тем не менее, «деньги сами по себе не могут купить инновации», — говорит Денис Саймон, американский эксперт по китайской политике в области науки и один из немногих иностранцев, которых Пекин пригласил в качестве советника. Рассмотрим патенты и интеллектуальную собственность (IP): В 2013 году Китай, по данным Всемирного банка, заплатил $ 21 млрд за использование иностранной IP, но заработал только 887 $ млн за использование своей собственной, то есть его IP имеет ограниченную ценность на мировом рынке. Хотя маленькие соседи Китая заработали гораздо больше на своих изобретениях: Сингапур $ 3 млрд; Южная Корея $ 4 млрд, Япония $ 32 млрд. И Соединенные Штаты заработали $ 129 млрд. Китай тратит огромные суммы на науку, но еще не получает прибыли от своих инвестиций.

Читайте также: ТОП-10 самых нелепых китайских изобретений

Лидеры Китая сейчас хотят «поддержать массовое предпринимательство и инновации», как сказал премьер-министр Ли Кэцян мировым лидерам, которые собрались на заседании Всемирного экономического форума в Давосе в январе. Но это требует не просто увеличение бюджетов. Необходимо поменять саму суть китайской исследовательской культуры.
Одержимость правительства наукой в качестве средства катапультирования экономики вперед, на самом деле, часто контрпродуктивна.

«Напряженность возникает потому, что китайская наука с самого начала была невероятно националистическим и патриотическим процессом, миссией по укреплению Родины», — говорит Адам Сигал, старший научный сотрудник Совета по международным отношениям (CFR), который изучает глобальные инновации.

Вот так выглядит суперкомпьютер. Источник: mashable.com

Вот так выглядит суперкомпьютер. Источник: mashable.com

Творчество трудно воспитывать, когда правительство зациклено на определенных приоритетах – например, оборона, космос, лазеры и суперкомпьютеры – и поддержании цепочки власти.
Конечно, некоторая государственная поддержка очень важна.

«Для того, чтобы создать условия для реальных инноваций, необходимо иметь государственную поддержку и инвестиции в научные исследования и обучение», — говорит Сигал. — «Но не надо, чтобы правительство участвовало в отборе проектов и создании стимулов для конкретных проектов без независимого участия самого научного сообщества».

Читайте также: 10 китайских изобретений, которые сделали жизнь человечества легче

Сегодня официальная система науки Китая особенно недружелюбна в отношении молодых исследователей, которые пытаются вскарабкаться по карьерной лестнице и обеспечить адекватное финансирование для проектов.
Вот почему Чжао решил идти своим путем. И он был в состоянии сделать это благодаря нескольким пионерам, которые шли перед ним.

Чжао повезло, его пригласили в Источник: www.lemonde.fr

Чжао повезло, его пригласили в BGI. Источник: www.lemonde.fr

В 2007 году, уважаемые генетики Ван Цзянь и Ян Хуаньмин, которым было тогда уже за 50, закрыли свои офисы в столице Китая и приступили к новому эксперименту: превращение Пекинского Института Геномики (BGI), соучредителями которого они являлись, в независимый научно-исследовательский институт. Тогда никто не мог и подумать, что этот шаг пересмотрит отношения между китайскими учеными и правительством.
Затем, в 2007 году, правительство города Шэньчжэнь, где действовал режим особой экономической зоны, предложил BGI $ 12,8 млн, чтобы они переехали туда. Если бы BGI стал успешным, город окупил бы деньги в виде налоговых поступлений через какое-то время. Стремясь к независимости, Ван и Ян согласились.
Благодаря, в частности, кредитной линии в $ 1,58 млрд от Банка развития Китая, ученые смогли превратить образцы ДНК в детальную генетическую карту для анализа. С этой обширной технологической командой и большим штатом BGI, большинство из которых были молодые ученые, институт смог провести исследовательский проект огромного масштаба, о чем другие институты и университеты просто не могли и мечтать.
Вот почему в 2009 году CAAS обратился к BGI за помощью со своим проектом ДНК огурцов. Частная компания быстро заинтриговала Чжао, в то время он был стажером в CAAS. Он вспоминает, что его команда собирала генетическую информацию овоща и отправляла «в то, что называется BGI», где «волшебным образом информация превращалась в важные данные.»

Чжао год назад. Источник: safari-magazine.com

Чжао год назад. Источник: safari-magazine.com

Вскоре, волшебство превратилось в возможность карьерного роста. Летом, перед последним годом в средней школе, наставник Чжао, Хуан, предположил, что его протеже может быть зачислен на стажировку в BGI. Всего через две недели Чжао был уже там:

«Я лично считал, что подготовка к тестам [типа gaokao, в Китае это вступительные экзамены в университет] была пустой тратой времени. После нескольких недель, я уже многому научился и решил некоторые проблемы — такие как создание алгоритма для подсчета вариаций генов».

Чжао решил бросить школу и взять полный рабочий день в BGI. Чтобы убедить своего отца, что это был правильный выбор, Чжао сказал, «Через пять лет я буду вести свою собственную группу или лабораторию. Если я буду продолжать с учебу, может быть, я смогу поступить в лучший университет в Китае или США, а потом пойти в BGI и работать под управлением парня, который бросил школу».
После пяти лет в BGI, Чжао был готов «выпускаться», как он выразился. Но он не хотел сворачивать с выбранного пути. Он стремился перенять подход к исследованиям и бизнес-модели, с которыми он познакомился в BGI. «[Лидеры BGI] могут делать все, что захотят, и не только в науке, но и в человеческих ресурсах», говорит он. «В этом все отличие».

Собственное дело Чжао. Источник: foreignpolicy.com

Собственное дело Чжао. Источник: foreignpolicy.com

Так, в 2014 году, Чжао основал QuantiHealth, с миссией оставить в прошлом гламурную геномику – дизайнерские младенцы, утверждает он сейчас, это нереально, – и поиск «реального применения» науки, «которые будут полезными в нашей повседневной жизни.» Чжао решил сосредоточиться на секвенировании ДНК микробиома кишечника человека, созвездии крошечных организмов, которые живут в желудке. Картирование микробиома может дать море информации о восприимчивости индивидуума к ряду заболеваний, включая диабет, ревматоидный артрит, мышечную дистрофию и даже шизофрению.

«Люди постоянно обмениваются бактериальным материалом с внешним миром через еду и дыхание», — говорит Чжао. — «Меня завораживает то, как происходит этот процесс в действительности».

В настоящее время команда QuantiHealth изучает бактерии в одной из своих лабораторий с использованием секвенсора генома. Прибыль компании будет зависеть от того, сможет ли она успешно создать сервис: сбор образцов стула и создание «снимков» здоровья в течение всей жизни человека или в течение периода лечения. Чжао говорит, что компания ведет переговоры с несколькими здравоохранительными учреждениями и что он может в настоящее время проанализировать «несколько тысяч» заказов в месяц; когда более дешевые и портативные секвенсоры появятся на рынке (предположительно этой осенью), производительность должна увеличиться.

«Я считаю, что микробиомный анализ может быть частью будущего визита доктора в 2050 году», — говорит Чжао. — «Когда-нибудь это будет как обычный анализ крови».

Тут Чжао 21. Источник: szdaily.sznews.com

Тут Чжао 21. Источник: szdaily.sznews.com

Его предприятие привлекло большое внимания китайских медиа, частично благодаря известности, которую он заработал в BGI. Чжао «построит мост между наукой и промышленностью,» гласит заголовок июня на China Economic Net. А журнал China Entrepreneur подробно описывает его путь «от молодого ученого до молодого бизнесмена».
За карьерой Чжао и его коллег-предпринимателей, несомненно, внимательно следят молодые китайские ученые, которые со временем могут последовать их примеру.

Чэнь Юньцзи. Источник: www.aventurine.com

Чэнь Юньцзи. Источник: www.aventurine.com

Среди них Чэнь Юньцзи, 32-летний профессор Института компьютерных технологий КАН в Пекине. Чэнь изобрел улучшенный микропроцессорный чип, который может помочь компьютеру распознавать объекты, конвертировать текст в речь и переводить с иностранных языков со значительно большей энергоэффективностью. Он считает, что единственным показателем практической успешности его исследований будет основание своей собственной компании, – и он уже изучает возможные модели.

«Молодые люди в Китае более амбициозны сейчас», — говорит Чэнь. — «У нас есть герои для подражания».

Переход к независимости, однако, требует большей отдачи и сообразительности. Ученые нуждаются в частном финансировании. Найти эти деньги было почти невозможно 10 или даже 5 лет назад — до недавнего всплеска на рынке частного капитала Китая, интересов зарубежных венчурных капиталистов и готовности органов местного самоуправления инвестировать в перспективные бизнесы. Частично, причина такого роста – в прогрессе поколений. Первая волна китайских мега-предпринимателей, которые в значительной степени заработали деньги в техническом секторе за последние 15 лет, это производитель смартфонов Xiaomi Лэй Цзюнь, его рецепт таков – открой фирму с венчурным капиталом и продолжай охоту за следующей большой добычей.
Между тем, многие региональные и муниципальные органы власти хотят привлечь новый бизнес, с целью замены на хай-тек услуги сильно загрязняющих отраслей с низким уровнем заработной платы. Они раздают гранты и предлагают другие выгоды для бизнеса. Шэньчжэнь — один из таких городов, он стал домом для BGI, Tencent, и, совсем недавно, производителя бюджетных мобильных телефонов OnePlus. Другим примером является быстро растущий город Чэнду, который пытается стать центром облачного программирования для центральной и западной части Китая; он предлагает финансовые стимулы, чтобы заманить IT-компании в свой Новый район Тяньфу и промышленную зону Чэнду Хай-тек.

Читайте также: Китай открывает собственные силиконовые долины по всей стране

Чжао. Источник: www.wired.com

Чжао. Источник: www.wired.com

Со своей стороны, QuantiHealth началась с личных средств Чжао — достаточно обычная история в мире технологий. Но его текущие операции, в том числе строительство офиса в Пекине, поддерживаются «клиентом-ангелом» – большой медицинской управляющей компанией, ориентированной на лечение диабета, которая заплатила авансом примерно 1,6 млн $ за услуги QuantiHealth. (Компания пожелала остаться анонимной). Чжао говорит, что он встретился с генеральным директором случайно во время ужина около полутора лет назад в Пекине. Но Чжао знает, что этого первоначального контракта будет недостаточно, чтобы поддерживать QuantiHealth вечно, поэтому он в настоящее время ведет переговоры с 10 другими потенциальными инвесторами, в том числе венчурными капиталистами. (Чжао говорит, что самый трудный момент в переговорах, это объяснять людям, что такое микробиом).
В конечном счете, стартапы должны полагаться на собственную прибыль для финансирования будущей деятельности, и это требует баланса между исследованием и коммерцией. BGI профинансировал публикацию своих исследований частично путем услуг секвенирования. QuantiHealth идет тем же путем, предлагая микробиомный анализ.
Пока Чжао не имеет планов по изменению структуры управления QuantiHealth. В конце концов, это совершенно новое. Но он также понимает, что проблемы будут нарастать по мере роста бизнеса.

«Все сложно: деньги, люди, бизнес-модель, непредвиденные изменения политики – любая из этих вещей может убить мою компанию», — говорит Чжао.

Между тем, амбициозные стартапы помогают создавать возможности для китайской науки на новом глобальном уровне. BGI, например, уже открыла свои филиалы по секвенированию геномов в Соединенных Штатах. Чжао также надеется, что QuantiHealth и подобные компании будут стимулировать китайских ученых, работающих за рубежом, вернуться домой. Он уже взял на работу сотрудников, которые учились или работали в США и Германии.
Фанатичный подход Чжао и его сверстников к встряхиванию китайской научной культуры можно резюмировать его простой философией управления бизнесом. «Когда вы видите две опции, вы на самом деле имеете три» — говорит он, сидя на уютном красном диване в своем блестящем офисе. — «Третья – это подождать и посмотреть, что произойдет, и это почти всегда плохой выбор».

По материалам foreignpolicy.com

Валерия Птяшко
Все записи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Пожалуйста, напишите ваше имя.
Пожалуйста, напишите ваш email.

шестнадцать + два =

Пожалуйста, напишите комментарий.